1. Личные мотивы и внутреннее состояние
- Жажда власти и самоутверждения: для части людей это первый реальный доступ к возможности напрямую решать чужую судьбу, что провоцирует злоупотребление полномочиями и унижение «подчинённых». [scup](https://www.scup.com/doi/full/10.18261/njc.25.2.3)
- Личная агрессия и фрустрация: накопленная злость из-за войны, бедности, семейных проблем и унижений в прошлом «сливается» на тех, кто слабее и не может ответить. [jstor](https://www.jstor.org/stable/2775560)
- Цинизм и корысть: мобилизация воспринимается как ресурс для заработка и фильтр «кто заплатил/не заплатил», отчего проще давить тех, кто не защищён связями и деньгами. [en.connection-ev](https://en.connection-ev.org/article-4233)
2. Психологические факторы риска
- Хронический стресс и выгорание: постоянные конфликты, давление по планам, страх за собственное будущее снижают самоконтроль и повышают раздражительность и готовность к силовому решению. [icjia.illinois](https://icjia.illinois.gov/researchhub/articles/understanding-police-officer-stress-a-review-of-the-literature)
- Личностные черты: импульсивность, авторитарность, низкая эмпатия, враждебность к «чужим» статистически связаны с большей вероятностью чрезмерного применения силы у силовиков. [pubmed.ncbi.nlm.nih](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/32482303/)
- Ощущение постоянной угрозы: ожидание агрессии и сопротивления делает жёсткую реакцию «на опережение» психологически оправданной в глазах самого сотрудника. [pmc.ncbi.nlm.nih](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC9262041/)
3. Травма и деформация психики
- ПТСР и последствия войны: часть сотрудников — фронтовики с травмой, привыкшие решать вопросы силой и плохо переносящие гражданские «торги» и сопротивление. [kp](https://www.kp.ru/daily/27735/5124668/)
- Эмоциональное онемение: после многократных столкновений с насилием чужая боль перестаёт восприниматься всерьёз, человек переходит в режим жёсткого, инструментального обращения с людьми. [pure.solent.ac](https://pure.solent.ac.uk/ws/portalfiles/portal/17139368/Pol_Soc_Revised_paper.pdf)
4. Корпоративная культура и безнаказанность
- Нормализация жестокости: в коллективах, где силовое давление считается рабочим стандартом («иначе не работают», «надо жёстко»), новые сотрудники быстро подстраиваются под агрессивный стиль. [sosyalarastirmalar](https://www.sosyalarastirmalar.com/articles/a-comprehensive-assessment-of-the-research-on-the-psychological-and-social-aspects-that-influence-police-officers-choices-to-use-f-109863.html)
- Культура прикрытия: редкие и выборочные наказания, отсутствие реальной ответственности за побои и незаконные задержания формируют ощущение «нам можно» и снижают внутренние тормоза. [unn](https://unn.ua/ru/news/fizicheskoe-nasilie-i-lishenie-prav-lubinets-nazval-vopiyushchie-sluchai-deistvii-ttsk)
5. Системное давление и деhumanизация
- План любой ценой: при жёстких требованиях по мобилизации и слабом контроле за законностью люди в форме начинают видеть в гражданских не личностей, а «материал» для выполнения задачи. [jamestown](https://jamestown.org/ukrainian-mobilization-becomes-increasingly-urgent/)
- Образ «уклониста» как врага: пропагандистский и бытовой нарратив «мы воюем, а они прячутся» даёт моральное оправдание насилию и лишению прав тех, кого записали в эту категорию. [pmc.ncbi.nlm.nih](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC10715192/)
[file-name 000122_2026-01-18_16-20-21.txt]